Введение


Экономическая наука, как замечают многие исследователи, основана на наблюдении и интерпретации, что приводит к разбросу точек зрения на ту или иную хозяйственную проблему. В этой работе я сделал попытку применить естественнонаучные методы для поиска наиболее фундаментальных взаимодействий и терминов, использование которых позволило бы подойти к однозначному решению таких известных политэкономических вопросов, как определение сущности цены, ценности, прибыли, капитала, кризисов. В наш нестабильный век важность ответов на эти вопросы растет.


Здесь для изучения экономических взаимодействий используются методы точных наук, вводятся такие физические понятия как «инвариант», «наблюдаемая величина» и другие. Если фундаментальные отношения найдены правильно, частные выводы из них будут соответствовать действительности и легко проверяться. Следуя этим подходам, введено понятие чистой ценности, сформулировано равенство производства — обмена и выводы, следующие из него. Например, показано, что деньги, существование денежного обращения - следствие экономического инварианта. (Часть 1).


Другой естественнонаучный подход — переход от специальных величин к общим, — позволил найти точки соприкосновения между разными, зачастую конкурирующими экономическими школами. Использование данного подхода для понятий капитала, прибыли, эксплуатации, помогло определить условия капиталистического развития. В частности, показано, что кризис – обязательная составляющая капиталистической экономики, а не досадная неполадка в ней. (Часть II).


Политические и экономические изменения в мире, происходящие в начале нашего века, снова ставят вопрос о капитализме: о законах его развития, о том, что несет его новая, постиндустриальная фаза. Рассмотрение этих проблем с использованием основных положений и равенств, сформулированных ранее, позволило сформулировать и дать описание принципов неокапитализма, главенствующей системы в современной мировой экономике. (Часть III).


Рассматривая общественно –экономические изменения, произошедшие в XX веке, сравнивая нынешнее положение с предсказаниями прежних экономических теорий, появляется возможность определить те моменты, когда их прогнозы стали расходиться с реальностью. Учет этих отличий позволяет фиксировать появление и развитие неустойчивостей в экономике для нашего времени и сделать предположения о возможной смене хозяйственных отношений. (Часть IV).
 

 

***

 

***

 

Заключение, выводы


В данной работе предложена концепция чистой ценности – выражение (1а) — разности ценности товара и его цены, являющейся ключевой в ценообразовании. Чистая ценность основана на самых общих представлениях о сознательной человеческой деятельности и условиях обмена, на положении о том, что в процессе целенаправленной деятельности человек создает больше, чем затрачивает средств, и что в обмене обе стороны должны получить доход. При использовании чистой ценности доказывается (а не только фиксируется) закон спроса и предложения: если цена уменьшается, разница ценности и цены увеличивается, значит, для большего числа людей товар приобретает большую чистую ценность, вследствие этого растет число покупателей (Рисунки 2а, 2б, 2в). 
Равенство производства — обмена (4), (5) и (16) - сравнение чистой ценности и чистого дохода в единицу времени, определяет величину пропорции цены и дохода производителя, общественной чистой ценности и цены, когда установлен баланс объема спроса и предложения. Если равенство нарушается, становится невозможен сам обмен, что приводит к кризисным явлениям в экономике. Изучение равенства помогло сформулировать важные следствия: взаимозависимость доходов производителя и покупателя, существование белой инфляции — процесса увеличения цены и чистой ценности продукта, преимущество инфляционных процессов над дефляционными. 

 

Применение равенства производства — обмена ко всем производствам в производственных технологических цепочках дает возможность составить цепочки равенств, связывающие всех производителей и покупателей в данной экономике, — (10). Условие конкуренции (максимальной конкурентной производительности) позволяет перекрестно соединять цепочки равенств между собой, превращая производительность по чистой ценности (объем чистой ценности в единицу времени) в инвариант экономики, создавая предпосылки для введения единых коэффициентов обмена — денег (11), (12). Важно, что благодаря белой инфляции неравномерный рост производительности труда в разных сегментах экономики не мешает выполнению равенств производства — обмена.
 

Разбираются три возможности изменения цепочек равенств производства — обмена для развития новых производств. Это может происходить путем изъятия части дохода (развитие по варианту 1), при повышении уровня жизни, когда покупатели оказываются заинтересованы в новых товарах (вариант 2), и путем эмиссии средств на новшества, которые, как предполагается, создадут большую чистую ценность (вариант 3). 
 

Во второй части книги вводится понятие капитала как величины чистой ценности в единицу времени. Таким образом, можно уйти от понятия капитала как некоей константы (суммы средств или товаров для производства) и прийти к понятию капитала как процесса, который только при развитии во времени имеет явное воплощение — чистую ценность; как величины, сходной с энергией в естествознании, величины, переходящей из одного своего вида в другой. 
 

Показано, что общества с разной производительностью по чистой ценности (с разными экономиками) разделяются ценностным барьером (Рисунки 5а и 5б), он характеризуется коэффициентом барьера КБ – равенство (15). Понятие барьера позволяет объяснить парадокс Лукаса о перетекании капитала из бедных стран в богатые. Также становится понятной причина замедления роста развивающихся стран при увеличении иностранных вложений в них. Тот и другой факты абсолютно необъяснимы с позиции классической экономической теории. 
 

Проблема эксплуатации и оплаты труда также определяется при обращении к равенству производства — обмена. Хозяин — это тот, кто формирует равенство и кому принадлежит чистый доход, наемный работник — тот, кто получает жалование, которое входит в равенство производства - обмена (5) как расходная часть, уменьшающая чистую ценность произведенных товаров. Также, когда появляются наемные работники и, значит, расход в виде выплаты им заработной платы, возникает понятие прибыли, это часть дохода всего предприятия, которым распоряжается только хозяин. То есть в процессе оборота капитала возникает узкое место, своеобразное «бутылочное горлышко» — частная возможность влиять (в частности, с помощью финансового вида капитала) на общественное равновесие условий производства и обмена. Вследствие этого удовлетворяется частное требование постоянного роста прибыли на прибыль, ее роста по геометрической прогрессии (18), что приводит к отрыву роста капиталов от роста объемов производимых товаров, от роста их чистой ценности. Это разрывает цепочки обменных равенств, разрушает работу единой экономики. Такой отрыв не может не возникать и не может купироваться иначе, как кризисами (Рисунки 9а и 9б).
 

В третьей части книги анализируются отличия современных капиталистических отношений, названных неокапитализмом, от тех, которые были сформулированы экономистами в XVIII — начале XX веков, что позволяет исследовать эволюцию капитализма - основной экономической системы нашего времени. Отмечено влияние на выполнение равенств производства — обмена «третьего полюса» капиталистических отношений, а именно покупателей, которыми являются и хозяева, и работники. Система, объединяющая и производственные, и торговые, потребительские отношения становится сложнее. Определенную стабильность и возможность купировать кризисные явления ей дает пронизывающая всю современную экономику система кредитований, особенно кредитование конечного покупателя. Из-за этого возникают важные следствия: больше людей могут использовать капитал, который при этом продолжает концентрироваться у ограниченного числа лиц; финансовый капитал, растущий по закону сложных процентов, получает опору в виде капитала – работы реальных объектов хозяйства; ценностной барьер используется для сдерживания вала долгов, нависающего над развитыми экономиками. 
 

При неокапитализме возникает своеобразный класс неотрудящихся — это предприниматели, использующие заемный капитал и, таким образом, эксплуатируемые посредством выплаты процентов по нему. 
Частные предприниматели, выживающие в конкурентной борьбе, сталкиваются с запредельной эксплуатацией: чтобы получать доход после выплаты процентов, они должны постоянно производить запредельную прибыль, большую, чем средняя прибыль по экономике. Такая нагрузка заставляет их использовать все возможности технического прогресса, чтобы повышать ценность производимых товаров. 

 

В крупных корпорациях не только тактические, но уже и стратегические, «хозяйские» вопросы капитализации решают топ-менеджеры. Вследствие всего этого несколько падает значимость частной собственности, больше ценится экономическая свобода, начать свое дело, возможность вести бизнес.
 

Неокапиталистическое хозяйство выпускает вторичные ценные бумаги под будущую прибыль, которую могут принести бумаги «о владении капиталом», что позволяет ему иметь и производственный, и финансовый капитал одновременно, не дожидаясь их оборота. Таким образом, товарный капитал принимает вид финансового. Оборот капитала характеризуется уже выражением «кредит — оборот — (кредит + проценты)» (19). Становится необходимым не держать акции предприятия, производные ценные бумаги, получая с них «хозяйский доход», а торговать ими, постоянно обращать. В среднесрочной перспективе становится важной не прибыль эмитента бумаг, а просто достаточно долгое существование фирмы - эмитента. 
 

Отдельно демонстрируется, что финансовые структуры при неокапитализме имеют возможность статистического управления частным предпринимательством, так, изменение процентной ставки либо лишает возможности тысячи людей иметь «свой бизнес», либо смягчает условия его ведения. 
Наиболее интересным явлением в неокапитализме стала заморозка кризисов — возможность увеличивать капиталы, не давая им превращаться в товарную форму вообще, которая не может расти по законам сложных процентов. Так, супертоваром неокапитализма стала недвижимость, в которую можно инвестировать, не боясь товарного кризиса. Она растет в цене, приносит прибыль, не участвуя в обращении Также и государство, эмитирующее ценные бумаги, востребованные на мировом рынке, является одним из самых важных механизмов замораживания долгового кризиса. Обеспечивать рост капитала позволяет и новый сегмент экономики, связанный с управлением спросом, рекламный бизнес прежде всего; он помогает увеличивать чистую ценность товаров, изменяя не их свойства, а свойства покупателей. 

 

Влияние замороженного капитала может учитываться в равенстве производства — обмена в виде фантомной ценности, увеличивающей и чистую ценность, и производительность по чистой ценности. Это приводит к удорожанию валют развитых стран, повышению ценностного барьера и еще большему притоку реальных производственных и товарных капиталов в богатые страны из развивающихся. Более того, из-за того, что глобализация экономики вынуждает хозяйства развивающихся стран участвовать в финансовом обращении неокапитализма, они заинтересованы в приобретении кредитных обязательств развитых стран, что еще больше увеличивает их ценность. 
Между тем неограниченный рост капитала все же ведет к кризису. Как показала рецессия 2008–2009 годов, домохозяйства не могут погашать кредиты при неудержимом расширении ипотеки, то есть супертовар неокапитализма перестает выполнять функцию заморозки. Возможный глобальный кризис (так сказать, разморозка) связывается с уровнем потребления в странах, где кредитование конечного потребителя, внутреннее потребление стало основой экономического развития. На нее решающее значение оказывает ценностной барьер, когда слабые страны финансируют и во многом содержат развитые. Тогда отказ развивающихся государств от участия в неокапиталистических отношениях богатых стран, отказ от использования их валют, покупки их ценных бумаг и, более того, предложения их обязательств к оплате (для финансирования собственных проектов), может разрушить всю нынешнюю систему неокапитализма, основанную на ссудном проценте.

 

В последней, четвертой, части книги, исследованы положительные и отрицательные стороны неокапитализма, возможности отказа от неокапиталистических отношений. Хотя они удовлетворяют равенствам производства — обмена (это самое главное), позволяют во многом реализовать личную инициативу людей, повышают уровень жизни и требуют исполнения законов в обществе, — все же накапливаются и отрицательные тенденции: ускоряется рост долгов, замедляется рост производительности; массовое использование плодов технического прогресса приходит в противоречие с частной конкурентной организацией производства; а также воспитывается новый тип человека — гомо неокапиталус, удовлетворяющий требованиям бессмысленного потребления и роста кредитного обращения.
 

Решение большинства проблем неокапитализма видится в том, чтобы заменить конкуренцию условием прямой зависимости цены товара от результатов его последующего использования. В этом случае равенство производства — обмена также выполняется, но происходит замена принципа максимизации прибыли на максимизацию чистой ценности. Тогда НЕкапиталистическая экономика решает задачу максимизации не прибыли, которую получают хозяева, а чистой ценности для покупателя и связанного с ней чистого дохода производителя. Для перехода к НЕкапитализму необходимо, чтобы объектом экономики стала не частная, хозяйская фирма, а ответственная личность, то есть необходимо перевести объект экономики на более фундаментальный уровень, к производителю, напрямую связанному с результатами своей работы. В этом случае краткое действие купли - продажи в капиталистической системе (рынка, конкуренции, прибыли и прочее) заменяется на взаимозависимый (и совсем не краткий) процесс оплаты и использования товаров. Именно этот процесс необходим и достаточен для НЕкапиталистической системы хозяйствования. Важно, что для его выполнения можно использовать накопленный рыночной экономикой опыт решения проблем гарантии, страхования, прозрачности фирм, свободного доступа к информации и не требуется революционное изменение прав собственности. 
Открывается путь к прямой заинтересованности в чистой ценности товаров (то есть в востребованности, качестве, их дальнейшей используемости) всех занятых на производстве, а не только хозяев. Заинтересованность в чужом успехе получает экономическую, а не только гуманистическую основу, что создает условие для высокопроизводительной совместной работы. Более широким оказывается понятие свободы на производстве для каждого, затрагивающее фундаментальные принципы производства и обмена. Это придает устойчивость системе НЕкапитализма.

 

Не менее важно, что ростки подобного НЕкапиталистического обращения уже есть. Наиболее интересен опыт фирм, где покупатель сам назначает цену, которую он готов заплатить за товар. Такое условие заставляет производителя предоставлять продукт высочайшего качества независимо от конкуренции.

© A. Nenashev Economy from physicist